Казанова

Басня

Парочка влюбленных белых голубей
Ворковала мило, сидя на плетне:
«Не могу забыть тебя, хоть меня убей,
Ты безумно нравишься, дорогая, мне».

Красовался голубь, крылья распушил,
Молодой голубке сердце присушил.
Первый в голубятне – лучше не найти,
По нему все сохнут, хоть куда лети.

И голубка тоже – в омут головой,
Потеряла мигом птичий разум свой.
Как легко позерство за любовь принять,
Жар в груди влюбленной нелегко унять.

С призрачной любовью,–
                            что тут говорить,–
Полетела парочка домик мастерить.
Теплый и уютный, в зелени густой…
Молодая рада: «Мой теперь он, мой!»

Скоро стало в гнездышке
                               места не хватать.
И взялась за голову молодая мать:
Желторотых птенчиков ей не перечесть,
И осталось в прошлом все –
                                    и любовь, и честь.

Где же их папаша-то?
                                Их красавчик – где?
Стало тесно голубю в маленьком гнезде.
Врет другой он ласково, сидя на плетне:
«Ты безумно нравишься, дорогая, мне».

А голубка сизая рядышком сидит,
Глаз не сводит, глупая, в рот ему глядит.
И красавчик сызнова крылья распушил,
Серенькой голубке сердце присушил…

Да, легко позерство за любовь принять.
А словам не стоит слепо доверять.